Дверь в ее кабинет была закрыта, но слышно было, как попискивает компьютер. Трудится Велена Петровна, сушит липовый цвет для налоговой инспекции. Из "агентов" никого. Только Митяй. Впрочем, кто-то может бдеть в кабинете шефа. Андрей постучал в массивную, с металлическими полосками сигнализации дверь. - Ласковин? - рявкнули изнутри. - Давай входи! Чутье у Коня потрясающее. Шеф был один. Если не считать Абрека. Но тот - это тень Сипякина. Довольно мясистая, впрочем, тень. Конь изо всех сил изобразил недовольство, но Ласковин по еле уловимым признакам понял, что Сипякин скорее задумчив, чем разгневан. Задумчивый Конь, впрочем, ничуть не лучше Коня сердитого. Задумчив Конь - жди любой пакости. Ласковин стоял. Конь демонстративно выдерживал паузу, глядя в окно. Что он там видел кроме опущенных жалюзи, оставалось загадкой. Абрек с непроницаемым лицом наемного убийцы развалился в кресле. Когда Митяй сказал, что в этой куче мяса прячутся неплохие мозги, Ласковину поверилось с трудом. Но теперь он убедился, что, вопреки имиджу, Абрек далеко не глуп. - Сядь, - сухо сказал Сипякин и, отвернувшись от окна, уткнулся в бумаги. Андрей сел, посмотрел на Коневу макушку - реденький пух на розовой коже, потом на Абрека. Тот подмигнул: не дрейфь, парень! Ласковин взял со стола красочный проспект фирмы "Экзотика-тур", изучил львиный прайд и флегматичного верблюда на фоне пирамид... - Нарубил ты дров, Ласковин, - не поднимая головы, сказал Сипякин. - Не ожидал от тебя! Андрей пожал плечами - Если вы о вчерашнем, Виктор Петрович, - произнес он, - то скорее из меня пытались наломать дров. Не знаю, что там наговорили... - Заткнись, - оборвал его Сипякин. - Абрек, выйди! Ласковин удивился. Удивился и сам Абрек, но тем не менее без звука покинул кабинет. - Мне насрать, - все так же глядя в стол, произнес Сипякин. - Насрать, что там и как. Я тебя отмазал. Потому что ты - мой человек. Мой.